gregbar (gregbar) wrote,
gregbar
gregbar

Category:

Моя религия

Лет пять в своей жизни я относительно много читал религиозной литературы, религиоведческой литературы и художественно-религиозной литературы. Интересовали меня в основном две религии: иудаизм и христианство (я еврей, воспитанный и выросший в русской культуре). Вот к какому результату пришел.

Четыре слоя в каждой в религии: вера, канон, обряд, иерархия.

Вера собственно религиозность. Вера - больше чувственная вещь. Тут разуму делать нечего. Потому, что исходные аксиомы не доказываются, а принимаются, а уже на аксиомах строится все здание - теоремы, леммы и прочие следствия. Как говорил один персонаж советского фильма: "Вы полагаете, что бога нет, я полагаю, что бог есть; ни то, ни другое недоказуемо". Когда Авраам ночью сидел  у своего шатра и смотрел на звезды, его поразила великая мысль (правильнее сказать, чувство, ощущение) о необъятности, непостижимости, величии и красоте мира. Он всем своим существом почувствовал Замысел, великий и непостижимый. Он был готов преклониться перед этим Замыслом и служить этой Красоте. Он понял, что кроме массы дневных забот и суеты, которой всякая тварь вынужденно отдает свои силы, необходимо (если ты человек) уделять время (суббота) на осознание, на впитывание в себя этой непостижимой красоты, на культивирование в себе этого, назовем уже, религиозного чувства, чувства святого трепета и восхищения. Смею думать, что каждый человек, хотя бы в детстве, пусть потом он забывает это, пусть потом он стал убийцей, бандитом, палачом, пусть хоть в детстве у каждого человека был такой миг. Как говорят евреи, при рождении каждого человека зажигается свечка, душа. Дальше она горит или чадит, но не гаснет полностью, пока человек жив.

Вот это и есть чистая религиозность, как я ее понимаю. Материалист скажет, что человек испытывает художественное волнение или переживание, когда слушает прекрасные стихи или великую музыку или смотрит на звезды или видит новорожденного ребенка. И он будет прав. Можно так сказать. Верующий человек скажет о душе человека, что она радуется, когда видит Божье создание. И он будет тоже прав. Вопрос терминологии. Ведь даже закоренелые материалисты ходят в походы, чтоб посидеть (зачем-то?) у костра, посмотреть на реку, на восходы и закаты. Что они чувствуют в это время. Думаю, примерно тоже, что и Авраам. Единство мира. Непередаваемую красоту. Радость. Но одновременно и какую-то тревогу. Желание не растерять эту минуту. А как это назвать это: Богом, единым, всеблагим и всемогущим или душевным волнением, и осознанием красоты - не так уж и важно.

В этом смысле – все люди религиозны. Ведь даже заклятые материалисты и марксисты признают принципиально непознаваемую и неизучаемую душу. Они называют это «идеальное». И настаивают, что материальное первично, а идеальное вторично. О кей, не будем спорить. Но идеальное есть? Есть.

Что значит: не сотвори кумира? Что значит: не впадай в грех язычества? Часто это понимают упрощенно: не служи другим богам, а только Единому. Это как: если у тебя есть царь, не изменяй ему, другого не признавай. Так иногда понимают. А я бы сказал по-другому. Не признавай богов, как царей, как кого-то главного, как вершителя судеб. Признай этот мир без идолов и капищ, как единую, великую (позволю сказать) экосистему. У которой нет богов. Но которая сама божественно прекрасна. Вот и вся монотеистическая вера, подаренная человечеству иудаизмом. Конечно не сразу, конечно не без отступлений от этой (на мой взгляд) великой идеи. И не без искажений ее сути потом: и в иудаизме, и в христианстве. И потому – не надо объединений (церквей, синагог). Нужно прямое общение с Богом. Скажу еще и в материалистических терминах: нужно не растерять в себе чувство прекрасного, ощущение необходимости лично как-то соответствовать этой красоте и величию мира (в экологическую организацию, что ль, записаться).

Еще раз повторю. Во-первых, это мое личное понимание, не претендую… Во вторых, обе религии с утра до вечера грешат постоянным отступлением от этой идеи, от этого чувства и от этого образа жизни. Все время «скатываются» к тому, что попроще, и к тому, что еще и сделает твою веру профессией с неплохим доходом. Потом происходит реформация. Какой-то великий человек призовет вернуться к истокам, отринуть мишуру и позолоту, так сказать. И на какое-то время в группе его последователей воцарится понимание исходных великих истин. Но не на долго. Почему так? Думаю, потому, что эта вера требует постоянных усилий души и достаточно высокого (да простится мне) интеллекта. Молиться по субботам или воскресеньям, произнося канонические тексты, проще. И молитва по заученным или зачитанным тестам тоже, разумеется, возвышает и просветляет, поскольку тексты-то написаны людьми высокого полета.

И вот возникает канон. Он возникает потому, что какие-то люди (очень достойные, как правило, и руководствующиеся лучшими побуждениями) определяют: этот текст мы включим, а этот – нет. А потом опять же лучшие люди и из лучших побуждений начинают трактовать смысл. И вот между живым и непосредственным религиозным чувством человека и объектом этого чувства – Богом – возникает прослойка, созданная другими людьми (пусть и очень достойными): это читайте, это не читайте. Но это еще только цветочки.

Затем возникает обряд. Как и когда поститься, куда поставить ногу, сидеть ли во время молитвы. Можно ли в церкви ставить скульптуры? Двумя или тремя пальцами (перстами) следует креститься? Можно ли не делать обрезание? И можно ли больному под угрозой смерти есть в пост? Следует ли умереть, если тебя требуют нарушить субботу под страхом смерти? А перед Йом кипур – очень строгий пост, поскольку сейчас на небесах определяется, как ты прожил предыдущий год и определится твоя судьба на следующий (читай: Бог забудет, как ты плохо себя вел весь год, он увидит только твое правильное поведение в эту неделю). Вообще само наделение Бога антропоморфными признаками: говорение из горящего куста, приказы из облака и даже сам гнев Бога, милосердие и тому подобное, - все это, по большому счету – язычество в сознании монотеистически религиозного человека. А уж христианство вообще просто нафаршировано язычеством, начиная с триединого символа веры, обожествления Мессии и веры в загробную жизнь (чем, кстати, и многие иудеи грешат).

Но все это еще ничего. Слаб человек. Суеверен. Хочет опереться на высшую силу. Поэтому религия, даже упакованная в обертку обряда и канона все равно возвышает, делает чище. Самое противное – иерархия. Золочение храмов и одежд профессиональных служителей Святого Христа, индульгенции (отпускание грехов людьми за деньги), сладкие еда и питье и сальные рожи служителей Иисуса, принявшего мученическую смерть во искупление грехов человеческих (оставим пока сложный и неоднозначный смысл распятия), - вот, что вызывает у меня просто отрыжку, честно говоря. Кто дал вам право? Кто дал вам право встать прослойкой (прокладкой) между мной и моими самыми чистыми, самыми святыми чувствами и мыслями к моему Богу? Кто разрешил вам исповедовать меня? Кто разрешил вам заявлять с амвона: "кто не крещен, проклят будет"? Борьба с иерархией может быть успешной только одним способом – отказом от нее.

И не надо мне говорить, что в иудаизме все не так. Что раввин – только советчик по сложным вопросам, что он не берет на себя… Берет. По практике, а не в теории – всегда берет.

Вот такая у меня вера. Кто же я? Атеист? Нет. Иудей? Нет. Христианин? Тем более, нет. Думаю, моя личная вера ближе всего к какому-то изначальному иудаизму. Первобытному, я бы сказал.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments