gregbar (gregbar) wrote,
gregbar
gregbar

Category:

Ну ту-у-упые!

Это песня! Для начала расскажу в порядке преамбулы для тех, кто не в курсе. Был в советские времена такой удивительный человек, Александр Зиновьев. Он вообще-то, был философом и преподавал, кажется, в МГУ. Но будучи человеком разносторонним и художественно одаренным, да еще склонным к обобщениям и размышлениям (как каждый философ), он написал такую зловредную, очень дисидендскую книжку "Зияющие высоты", которая описывала наше советсткое бытие и процветание посильнее, я вам скажу, Войновича (хоть и Войнович рисовал в полный рост). Эта книжка, помню, настолько не понравилась представителям "конторы глубокого бурения" (в просторечии - КГБ), что за нее сажали просто за чтение и хранение. Это была особенность. За все другие антисоветские произведения (хоть "Архипелаг Гулаг", хоть "Доктор Живаго") сажали только за распространение. То есть, если товарищу дал почитать - посадят, а если просто у тебя нашли, то просто допытываются "где взял?", чтоб того посадить. Но тут работали отмазки: "На скамейке на Тверском бульваре лежала, я и взял". А за Зиновьева - просто конкретно: нашли - посадили. Так вот, этого Зиновьева, как в те времена иногда практиковалось, вывезли в Париж наши органы, да там и бросили. Его, как героя-мученика приняли под белы рученьки наши тамошние, оппозиция по-теперешнему. А он, гордый и независимый человек, философ - одним словом, стал изучать альтернативную капиталистическую систему. И очень она ему не понравилась. Да настолько, что он там, в логове врага, можно сказать, стал отъявленным коммунистом. И потом, уже в период перестройки, вернувшись на родину, Зиновьев всегда выступал с откровенно комунистичеких позиций. Я это превращение никак до сих пор не пойму. Те, кто читали "Зияющие высоты", со мной согласятся. Подобное непонимание со мной случилось еще только однажды, по поводу Бортко. Как человек, снявший "Собачье сердце", мог стать заядлым коммунистом? Такое же непонимание у меня и с Зиновьевым. Но Зиновьев этот путь домой начал постепенно. Сначала он писал из Парижа статьи, полные недоумения. Одна из них посвящалась тому, что цены совершенно не фиксированы. Он, помню, возмущался, что купив рубашку по, скажем, 30 франков, он в другом месте обнаружил такую же за 15. Это факт напрочь обрушил его мировоззрение. А другая его статья - внимание! - была посвещена тому, что он увидел в магазине странное приспособление: внизу - полушарие, сверху игла толстая, которая, если крутить специальную ручку, опускается медленно в это плушарие. Он просил у продавца, в чем, так сказать, поинт, и услышал в ответ, что это приспособление для прокалывания дырки в яйце, чтоб выпить его сырым. Потрясенный Зиновьев написал на эту тему статью под примерно таким заголовком "Европа обречена, Россия ее победит в два счета". В статье, кроме описания прибора, говорилось, что русский солдат в обмотках спит в воде по горло в окопе легко и непринужденно в течение месяца, а европейская элита в это время балуется изобретением иголки для прокалывания яичной скорлупы. И это означает ее окончательную гибель. Ну вот. Эта расслабленность Европы и вообще Запада была с тех пор явлена нам еще многократно. Еще одна зарисовка на эту вечную тему - ниже!

Оригинал взят у starshinazapasa в Ну ту-у-упые!

Только что я открыл члену избирательной комиссии на участке в Челси правду об американской избирательной системе и чуть не довёл его до нервного срыва.

Дело было так: мы с приятелем пришли голосовать на демократических праймериз (то есть голосовать пришёл он, а я за ним увязался). Выяснилось, что на этом участке его нет в списках избирателей. Полистав списки несколько раз вдоль и поперёк, координаторы выдали ему бюллетень и конверт, на котором он должен был указать своё имя и адрес. Бюллетень запечатывается в конверт и обрабатывается отдельно.

Что сделал мой приятель-американец? Сказал «спасибо» и пошёл голосовать. Что сделал россиянин? Правильно, начал думать о том, какие необыкновенные электоральные возможности открывает эта система. Поскольку к этому моменту меня уже три раза успели спросить, какой мне бюллетень дать – за демократов или за республиканцев, то я решился наконец прикинуться избирателем. Это было нетрудно сделать, поскольку документы комиссия всё равно не спрашивает и спрашивать не имеет права.

Когда они уже были готовы дать мне бюллетень и конверт, я понял, что ничто не помешает мне проголосовать. Правда, в этом случае я никогда бы не узнал, что случится дальше. Поэтому я мысленно попросил прощения у Берни Сандерса и обратился к координатору с вопросом «А что, если я не гражданин США?»


Координатор удивился и начал издалека: «Если Вы не гражданин, то Вам нужно сначала получить гражданство. Потом Вам нужно будет зарегистрироваться избирателем от одной из партий, а если Вы будете независимым…»

- Нет, - говорю, - это я всё понимаю. Мне интересно, что случится сейчас, если я не гражданин и проголосую?

Мужик удивился, переглянулся с другим координатором и через некоторое время сообразил:

- Тогда это будет незаконно.
- Окей, и что тогда произойдёт? Как вы об этом узнаете? Есть какие-то списки, с которыми потом будут сверять моё имя?
- Что? Списки?..

На этот раз они крепко задумались и стали соображать, смотря перед собой. Про списки они, видимо, раньше не задумывались. Поскольку у меня, закалённого на российских выборах, к этому моменту в голове уже созрела дюжина способов обвести систему вокруг пальца, а думали они медленно, то я решил не ждать:

- А что, если я сейчас проголосую у вас, а потом приду и так же проголосую на другом участке?

В это время мой приятель закончил голосовать, и клерк начал убирать его конверт в пачку с такими же конвертами. Тут он вышел и ступора и сказал:

- Тогда, сэр, это будет уголовное преступление. Вас посадят в тюрьму.
- А как они узнают? – поинтересовался я. – Я же не буду писать своё настоящее имя.

Наконец до него дошло, с кем он имеет дело. В этот момент он страшно заволновался:

- Сэр, это совершенно точно незаконно. И вообще… Вы можете голосовать, только если зарегистрированы… Если кто-то об этом узнает, Вам грозит тюремный срок… Я, конечно, не помню точно, какой именно срок, но…

Тут он стал с опаской смотреть на пачку, куда убрал конверт моего приятеля, а потом и на него самого. Я решил, что ещё немного, и из-за меня Бен на этих выборах останется без голоса и огребёт неприятности, и начал откланиваться. Координатор к этому времени полностью потерял почву под ногами и продолжал убеждать самого себя, что система должна меня вычислить. Но как именно, он не понимал.

- Так что если вы и в самом деле не граждане, - сказал он, обращаясь теперь уже к нам обоим, - То это означает, что вам нельзя голосовать…

Мы предпочли пожелать ему хорошего дня и удалиться. Всю оставшуюся дорогу я излагал Бену те варианты вброса, которые приходили мне в голову. Он удивлённо слушал меня, повторяя «Чёрт тебя подери, а ведь и правда! Как только ты всё это придумываешь?» В какой-то момент он остановился посреди улицы и обескураженно сказал: «Слушай, я знаю, что это звучит странно, но всё работает просто-напросто на предположении, что никто не станет этого делать».

При этих словах я вспомнил, что читал утром историю о выборах в Барвихе – там, говорят, за неделю до выборов треть уже проголосовала досрочно, и из них у четверти свежая регистрация. И удовлетворённо подумал, что по части понимания тонкостей демократии американцам до нас, конечно, далеко.


Григорий Юдин

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment